Нарисуй мне Луну и подари все звезды
...     Вернись назад!     Ни за что не вернусь!    ...

Глава вторая: "Пол царства за руку прекрасной дамы"

- Кем же для меня ты станешь?
- Пожелай, и буду другом.


Головная боль - это проклятье, и я в полной мере смогла им насладиться следующим утром, проснувшись на пожарной лестнице. Единственное, что меня спасло от восполнения легких было одеяло, которым я оказалась накрыта, хотя из моей памяти стерся момент его появления. Но ночь, проведенная в обнимку с железными прутьями, не далась даром. Я с трудом передвигалась, и каждый шаг давал мне знание о наличии в моем теле мышц, о существовании которых я ранее и не подозревала. Ситуацию не смогли исправить ни час в горячей ванной, ни чашка обжигающе крепкого кофе. Поэтому я перешла к плану номер "Б", и, нажравшись, в буквальном смысле слова, аспирина, повалилась на диван… Потребовалась минут пять, чтобы вспомнить, чего трезвонит этот подлец. Когда же приступ легкой амнезии развеялся, я в момент, забыв о своем удручающем состояние, вскочила на ноги. С трудом натянув свитер, и, с ужасом предвкушая какими усилиями дадутся мне джинсы, я стала собираться на встречу, которую никак нельзя отменить. Ничто не могло заставить меня, превозмогая боль, проявлять такую резвость, кроме гневной речи Нины в случае моего опоздания на пятничный завтрак. Поворчав, возясь с ключами, и послав каждую ступеньку за компанию со строителями, архитекторами и служащими мэрии, причем поименно, я спустилась в холл.
Впереди маячили критические дни, и у меня все сильнее развивалась депрессия, обостренная болью визжащих суставов, но все симптомы скорого похода к психоаналитику как рукой сняло, стоила лишь выйти на улицу. Солнце… Теплое, весеннее солнце гуляла по стеклянным улицам Сохо*. Небо было чистым, а воздух звенел, и этот звон не могли заглушить даже машины. Город охватила оттепель, блуждающая по лицам прохожих, все так же спешащих по своим, самым важным в мире, делам. Да, я никогда и не отрицала, что влюблена в улицы Сохо, по-прежнему выложенные камнем. Они навивают воспоминания, о Таллинне и детстве. Но только здесь, только сегодня я увидела настоящее чудо, заставившее замедлить шаг. Посреди проезжей части, сквозь плотное соединение плиток пробился цветок. Первый в этом году. Вот и все, что понадобилась мне для поднятия настроения. Как мало нужно человеку для счастья - всего лишь один маленький бутон перед его окнами…

***

Завтрак с Ниной уже давно превратился в традицию. Каждую пятницу мы встречаемся у летнего кафе в Центральном парке, а когда погода не позволяет, переносим посиделки в небольшой кафетерий в деловой части города.
Обычно весь разговор за едой сводится к моей никчемности и к тому, что мне пора менять свою жизнь. В свои двадцать пять Нина, обуреваемая материнским инстинктом, решила удочерить меня и срочно заняться перевоспитания. К сожалению, моего согласия на это она не спросила, так что теперь каждую пятницу я посещаю лекцию на тему - "как жить дальше". Эта пятница не стала исключением, и как только издержки вежливости были преодолены, началась осада.
- Я тебя не понимаю… Ты художник, но не рисуешь, а делаешь этих старомодных кукол….
- Да, а еще живу в Сохо, хотя все уважающие себя галереи переезжают на север…. Нина, я все это слышала миллион раз, но даже через пару лет я не поеду за ними в Куинс. Сохо изменилось, но я его по прежнему люблю, к тому же мне не приходится платить арендную плату и моя мастерская до последнего будет находиться там.
- Неужели тебе ничего не хочется изменить?
- Мы в Нью-Йорке, чтобы я ни делала, он все равно измениться быстрее.
- Хорошо.
Набрав побольше воздуха в легкие, Нина предприняла тактический маневр.
- А как насчет мужчины?
- При чем тут это? - готовясь к обороне по полной программе, спросила я.
- Тебе не кажется, что ему пара появиться? Если уж не любовь всей твоей жизни, то хотя бы кто-то для чисто физических нужд.
Иногда ее прямота меня даже пугает.
- С этим я пока в состоянии справиться сама, так что нет уж, спасибо, - отчеканила я.
- Ну и дура, - лаконично заметила Нина.
- Давай сменим тему, - предложила мой, уже начинающий взмывать до взрывоопасной отметки, голос.
- Как хочешь, - подозрительно быстро согласилась она. - Ты помнишь о нашем девичнике?
- Девичник? Ой… совсем забыла, - в сердцах ударила себя по лбу я.
- Не бейся в пустую дверь, - язвительно заметила Нина, подхватывая меню. - Вечером я подберу остальных, а по дороге заеду и куплю что-нибудь поесть и выпить.
- А еще фонарики для страшных историй.
- В нашем возрасте страшен только целюлит.
- Будете заказывать? - внимательно наблюдавший за нами молодой парнишка-официант, увидел, как Нина отложила в сторону меню, и сразу же подбежал к столику.
- А говорят что хорошее обслуживание в прошлом, - одарив его очаровательной улыбкой, проворковала Нина. - Я буду салат и диетическую колу.
Парнишка развернулся ко мне с замершим над блокнотом карандашом.
- Она будет то же самое, - не дав мне вымолвить и слово, отрезала Нина.
- Но я не люблю все зеленое, и, вообще, с утра мечтала о десерте с горячем шоколадом, - насупившись, возразила я, когда официант убежал за заказом.
- По твоей фигуре это заметно.
- Зануда.
Когда молодой человек вернулся с первой частью заказа, за столиком назревал маленький ядерный конфликт супротив всяких мирных конвенций. Поставив перед Ниной салат и колу, он удалился за моей порцией невкусных витаминов, а у меня появилась время перевести дух перед следующей атакой. Через минуту парнишка снова появился у нашего столику с подносом на котором дымился шоколад рядом с тарелочкой полной клубничных тартинок.
- Но мы этого не заказывали, - удивлено заметила Нина, с недоверием смотря в мою сторону, будто я была в состояние незаметно для нее переговорить с официантом.
- Правда? - вид у парня был растерянный. Достав блокнотик, он еще раз проверил свою запись и с обреченностью, выдающей в нем новичка на этой работе, протянул руку за пирожными. - Примите мои извинения, такое происходит впервые.
- Не надо, - останавливая его в сантиметре от аппетитного на вид лакомства, покачала головой я. - Мне нравиться то, что вы уже принесли.
Одарив меня благодарной улыбкой, официант кинулся к другому столику, а я, стараясь не обращать внимания на инквизиторский взгляд Нины, принялась за тартинки.
- Да не волнуйся ты так, моя фигура уже давно не подлежит реанимации, - заверила ее я, откусывая очередной кусочек.
- Я таки скоро действительно махну на тебя рукой Мерли, - расстроено отозвалась Нина.
Мне стоила больших трудов промолчать о том, какое облегчение этим она мне доставит, благо на данный момент вся моя натура, включая природную стервозность, была поглощена десертом. Признаться ничего подобного я никогда не ела, но это было настолько вкусно, что когда тот же самый молодой человек принес нам счет, я спросила у него названия этого изыска. Он с беззаботной улыбкой удовлетворил мое любопытство, пока Нина, скрежеща зубами, пересчитывала деньги.
- Тебя подкинуть? - спросила она, когда мы отошли от кафе.
- Нет, я собираюсь прогуляться.
- Ох, уж мне твои прогулки. Лучше бы в театр сходила или в кино, там хоть с кем-то познакомиться можно.
- Нина!
- Ладно, живи как знаешь, - вместив в свой тон всю вселенскую скорбь, согласилась моя подруга. - Тогда до вечера.
- До вечера, - улыбнувшись ей на прощание, согласилась я.
Замедлив шаг и дав волю фантазии, я побрела по парку. В такие минут умиротворения и приходит пресловутое вдохновение. Как назло, меня оно не посещало уже неделю, не давая увидеть лица новой куклы. Днем мне было нужно везти ее к заказчику, а она по прежнему была не готова.
- Тетя вы потеряли, - раздался детский голосок за моей спиной.
Позади меня стояла маленькая девочка и держала в руках мой шелковый шарф. Лицо малышки обрамляли аккуратные завитки, хрупкость подчеркивало синенькое платье с рукавами фонариками, а в нежной ручке, протянутой мне на встречу, билась в потоке ветра ее находка.
- Спасибо.
В ответ на благодарственную реплику девчушка подняла глаза, одаривая меня совсем не детским взглядом. В испуге я даже отдернула руку, но малютка перехватила ее.
- Тетя, а тетя… скажите, зачем вы его вызвали? - нараспев спросила она.
- Кого? - удивлена моргая, переспросила я.
- Того, кто писал на песке.
Я с силой попыталась выдернуть руку, но у малышки оказалась железная хватка.
- А он уже здесь, - улыбаясь невинной, детской улыбкой, прошептал она. - Сзади...
Инстинктивно я повернула голову в направлении ее взгляда, но ничего кроме Алисы** Кэрролла, не увидела. Это застывшая на грибе девочка, в платье с рукавами фонариками, аккуратными завитками и задумчивым, совсем не детским взглядом, много лет хранит сказочность этого парка.
- Какого черта, - выругалась я, ища глазами живую Алису, только что говорившую со мной. Но точная копия памятника как сквозь землю провалилась, оставив мой шарф на тротуаре.

***

- Эта кукла - настоящее произведение искусства, - беря из моих рук хрупкое создание, проскрипел пожилой владелиц антикварной лавочки. - Ты превзошла саму себя, ее глаза смотрят прямо в душу.
- Правда?
- Истина, деточка.
Сгорбленный и по-отечески добрый Ёган Штраствуд поправил очки, придирчиво вертя свои заказ под светом настольной лампы.
- Если быть совсем уж честной, мне немного помогли.
- Кто же? - прозрачно-зеленые глаза старика наполнились любопытством.
- Не знаю, - пожала плечами я, откидываясь в кресле его кабинета на втором этаже особняка, выстроенного в викторианском стиле.
Я любила навешать старика. Он был одинок, как и я. Вдовец, чьи дети давно разъехались и редко его навещали, а еще реже приглашали к себе, никак не могу понять, почему? Этот милейший и мудрый человек вызвал у меня лишь уважение и восхищение, но возможно, я его просто плохо знаю. Здесь, в своей библиотеке, переоборудованной в кабинет, он царственно возвышался над большим дубовым столом, и в его высохшем теле чувствовалась мощь, которая с годами просто ушла в глубину этих седин.
- Сегодня творятся странные вещи, - продолжила я. - В парке меня остановила девочка, именно ее лицо вы и видите перед собой.
- Чего же тут странного? Художник всегда черпает вдохновения извне, преломляя его сквозь собственную призму.
- Дело не только в этом… Со мной происходит нечто волшебное, или я просто начинаю сходить с ума. Целый день светофоры зажигали нужный свет, когда я подходила к переходам, давно разыскиваемая мной книга нашлась в случайно попавшемся мне по дороге букинистическом, а в метро освобождалось место стоила мне войти в вагон.
- Простое везение, - отмахнулся старик.
- Нет, это не везение… такое впечатление, что кто-то исполняет все мои желания, даже самые потаенные.
- О-о-о, - в глазах мистера Штраствуда появилась озабоченность. - Моя дорогая, такие фантазии до добра не доведут. - Вот мой совет, когда выйдешь от меня попроси у своего волшебника дождь, в честь карнавала тучи над Нью-Йорка разогнали искусственным образом, так что если дождь пойдет, это воистину будет чудом.
- Спасибо за совет, - кивнула я поднимаясь.
- Не за что, деточка, и запомни - никто не исполняет желания просто так, у всего есть своя цена.
- Фауст?
- И он тоже. Ну, ты уж не забывай старика, заходи ко мне почаще.
- Обещаю, дядя Ёган, - послав ему на прощанье воздушный поцелуй, я спустилась вниз.
Мисс Дэтери, секретарь мистера Штраствуда, горячо поблагодарила меня за услугу, оказанную старику, прежде, чем закрыть дверь. Я всегда подозревала, что эта строгая, коренастая дама приходит сюда не по долгу службы, а по зову сердца. Присев на холодные ступени дома, мысленно я вернулась к нашему разговору и словам Ёгана.
- Нет, это сродни помешательству, - отгоняя от себя бред, порожденный моей надеждой, я заспешила верх по улице через маленький сквер с белой церковкой посреди.
Как всегда, проходя мимо, я остановилась, чтобы взглянуть на устремленную в небеса белоснежную колокольню. Где-то в глубине души я считала ее символом надежды, не веры, не Бога, а именно надежды. Мир застыл в благословенной минуте тишины, которую расколол на тысячи осколков колокольный звон.
Капли… Теплые, тяжелые капли слез оплакивали мой разум и остатки реальности, а губы шептали беззвучную молитву, глотая соленые струйки.
- Господи, спаси мою душу.


* Имеется в виду то, что в мостовые этого района во многих местах вмурованы стекляшки.
** Скульптурная композиция, находящаяся в Центральном парке.



Читать дальше

Jennifer Connelly     David Bowie    Jim Henson    Архив новостей    Форум    Cсылки    Cвязь